Психология как наука. Ее предмет и практическое значение

Человек живет и действует в окружающей его социальной среде. Он испытывает потребности и пытается их удовлетворить, получает информацию от окружающей среды и ориентируется в ней, формирует сознательные образы действительности, создает планы и программы действий, сличает результаты своей деятельности с исходными намерениями, переживает эмоциональные состояния и корригирует допускаемые ошибки.
Все это является психической деятельностью человека, а наука, изучающая психическую деятельность — психологией. Психология ставит своей задачей установить основные законы психической деятельности, проследить пути ее развития, вскрыть лежащие в ее основе механизмы и описать те изменения, которые происходят в этой деятельности в патологических состояниях. Только та наука, которая способна изучить законы психической деятельности с возможной точностью, «может обеспечить не только no-знание этой деятельности, но и управление ею на научных основах, Именно поэтому научная психология становится одной из самых важных дисциплин, значение которой будет все более возрастать с развитием общества и с дальнейшим совершенствованием ее методов.

К истории психологии как науки

Психология как наука имеет очень короткую историю. Однако первые попытки описать психическую жизнь человека и объяснить причины человеческих поступков коренятся в далеком прошлом. Так, например, еще в древности врачи понимали, что для распознания болезней необходимо уметь описать сознание человека и найти причину его поступков.
Этот материалистический подход к поведению человека был на многие века оттеснен идеалистической философией и церковью, которые подходили к сознанию человека как к проявлению его духовной жизни, считая, что духовная жизнь не подчиняется тем же законам, что и вся материальная природа, и к ее анализу нельзя подходить с причинным объяснением явлений.
Вот почему в течение столетий к психическому миру человека и к его сознанию подходили как к явлениям особого рода, обособленным от всех остальных естественных процессов, философы по-разному трактовали сознательную жизнь, считая ее проявлением божественного разума, или результатом субъективных ощущении, где они видели простейшие «элементы», из которых построено сознание. Однако всех философов — идеалистов объединяло убеждение, что психическую жизнь следует понимать, как проявление особого субъективного мира, который раскрывается только в самонаблюдении и недоступен ни для объективного научного анализа, ни для причинного объяснения.
Такой подход к психическим процессам на многие столетия задержал развитие научной психологии, и даже после того, как процессы внешнего мира стали предметом точного научного исследования, явления психической жизни человека продолжали рассматриваться как проявление особого, духовного мира, доступного только для субъективного описания.
Разделение всех явлений на две большие категории физических — доступных для причинного объяснения, и психических -недоступных для объективного научного анализа, было закреплено основными положениями дуалистической философии Декарта, который считал, что все физические процессы, включая и поведение животного, подчинены законам механики, в то время как психические явления следует рассматривать как формы духа, источника познания которых может быть только разум или интуиция.
Дуалистический подход сохранился в зарубежной философии и психологии до последнего времени, и, если ученые 19 века начали рассматривать элементарные физиологические и психофизиологические процессы (включающие ощущения и движения) как естественные процессы, подлежащие исследованию точными научными методами, то высшие явления психической жизни (сознание, мышление) продолжали считаться проявлением духовного мира подойти к которому можно только путем субъективного описания происходящих в нем явлений. Это положение привело к тому, что к кощу XIX века психология фактически разделилась на две области: естественнонаучную иди физиологическую психологию. которая пыталась точно изучить и причинно объяснить элементарные психические процессы и установить ее объективные законы, и описательную или субъективную психологию. которая рассматривала высшие формы сознательной жизни человека, подходя к ним, как к проявлениям духа. Дуалистический подход к явлениям психической жизни нашел свое отражение в трудах классиков психологии как немецкие психологи В.Вундт (I832-I920), Г.Эббинггаус (I856-I909), американский психолог У.Джемс (I842-I9IO) и представителей идеалистической философии как В.Дильтей (1833-19П) и др.
Влияние дуалистического подхода к психическим явлениям привело психологическую науку к тупику и вызвало естественные попытки преодолеть возникший в психологии застой, ввести в изучение психических процессов естественнонаучные методы и подходить к этим процессам так же, как и ко всем другим явлениям природы.
Эта тенденция, проявившаяся уже у французских материалистов и отчетливо сформулированная в середине XIX века русскими революционными демократами, нашла свое яркое отражение в трудах выдающегося русского физиолога И.М. Сеченова (I829-I905), который в своей книге «Рефлексы головного мозга» высказал мысль, что и наиболее сложные процессы психической жизни следует рассматривать материалистически, как сложные рефлексы, что мысль является тем же рефлексом, но заторможенным, оставшимся без своего внешнего моторного конца, и что явления психической жизни должны изучаться естествоиспытателем теми же путями, которыми изучаются и другие явления природы. Эта материалистическая линия была продолжена другим выдающимся русским физиологом И. П. Павловым (I849-I936) — основоположником объективного изучения высшей нервной (психической) деятельности при помощи условного рефлекса. Попыткам подойти к объективным, физиологическим основам психической деятельности и обосновать возможность объективной. естественнонаучной психологии были посвящены труды выдающихся представителей русской науки как В.М. Бехтерев (1857—1927), Д.А. Ухтомский (I875-I942) и др.
Учение И.П. Павлова об условных рефлексах, которое он сам расценивал как физиологическую основу психологической науки, оказало большое влияние на развитие американской психологии. В конце XIX века американский психолог Э.Торндайк начал исследовать поведение животных, применяя методы, позволявшие проследить как вырабатываются новые навыки животных в лабиринте. Эти исследования легли в основу нового направления в психологии, названного американским психологом Дж.Уотсоном бихевиоризмом (наукой о поведении). В ней он видел естественнонаучную форму психологической науки, которая должна заменить психологию. Исходя из положения, что «сознание» является не более как субъективным понятием, недоступным для объективного исследования, представители американского бихевиоризма предложили сделать предметом научного исследования лишь внешнее поведение животного, которое, по их предположениям, является результатом его биологических влечений (потребностей) и надстроенных над ними условных рефлексов. Так создалось новое направление в науке, которое отбрасывало всякое изучение субъективного мира и ограничивалось описанием внешних форм поведения, законы которого трактовались как механически образованная система навыков, полностью подлежащих естественнонаучному рассмотрению. Попытка заменить психологию изучением внешнего поведения и законов выработки сложных навыков была отражением борьбы за психологию как объективную науку, и в свое время имела прогрессивное значение.
Однако американский бихевиоризм, как пример крайне механистического подхода к психической жизни уже очень скоро проявил свою ограниченность и привел психологию к кризису, не менее выраженному, чем кризис дуалистического подхода к психическим явлениям.
С одной стороны, как стало отчетливо видно уже через несколько лет бурного развития бихевиоризма, господствовавшее в нем механистическое объяснение таких процессов как образование навыков не раскрывало их подлинных физиологических механизмов и заменяло их научное физиологическое исследование внешним описанием и механистическим толкованием этих явлений. С другой стороны, огромная часть сложных форм психической жизни человека, проявляющихся в сознательной деятельности высших, специфических для человека способах и приемах его поведения, активного внимания, произвольного запоминания и логического мышления оставалось вообще вне сферы научного исследования.
Вот почему ухе в пределах самого бихевиоризма начинала возникать потребность выйти за пределы упрощенных механистических описаний элементарных навыков и перейти к научному анализу наиболее сложных форм психической деятельности человека.
Эта потребность в создании подлинно научной психологии, способной подойти с объективными научными методами к наиболее сложным формам психической жизни человека и стала основной задачей, которая к 30-м годам этого века была осознана, как условие, которое могло бы вывести психологию из состояния кризиса.
Пути выхода из кризиса психологии были впервые сформулированы выдающимся советским психологом Л.С. Выготским (1896-1934) и стали исходными для дальнейшего развития психологической науки, сначала в Советском Союзе, а затем и за его пределами.
Как мы yжe упоминали выше, исторический смысл кризиса психологии заключался в том, что психология стала развиваться по двум направлениям. Одно, продолжавшее традиции естественнонаучного подхода к явлениям, ставило перед собой задачу объяснить психические процессы, фактически ограничиваясь лишь наиболее элементарными психофизиологическими процессами и отказываясь от рассмотрения сложных, специфических для человека явлений сознательной жизни. Второе делало объектом своего рассмотрения именно эти внешние, специфические для, человека явления сознательной жизни, но ограничивалось описанием их субъективных проявлений, рассматривая их как проявление духа и отказываясь от их научного, причинного анализа.
Основная задача выхода из этого кризиса, как ее видел Л.С. Выготский, заключалась в том, чтобы сделать предметом исследования, высшие, специфические для человека формы сознательной, деятельности, и подойти к ним с точки зрения научного анализа, причиню, объяснить их происхождение и установить объективные законы, которым они подчиняются.
Выполнение этой задачи требовало, однако, коренного пересмотра основных исходных положений психологии.
Как отметил Л.С. Выготский, попытка подойти к психике как к непосредственной функции мозга и искать ее источники в глубинах мозга так же безнадежна, как и попытка рассматривать психику как форму существования духа. Психическая жизнь животных возникает в процессе их деятельности и является формой отражения действительности осуществляемая мозгом, но которая может быть объяснена лишь объективными законами этой отражательной деятельности. Подобно этому, те высшие формы сознательной деятельности, активного внимания, произвольного запоминания и логического мышления, которые являются специфическими для человека, не могут рассматриваться как естественный продукт эволюции их мозга, но являются результатом той особой общественной формы жизни, которая характерна для человека. Чтобы причинно объяснить высшие психические функции человека нужно выйти за пределы организма и искать, их истоки не в глубинах духа или в особенностях мозга, а в общественной истории человечества в тех формах общественного труда и языка, которые сложились в истории общества и вызвали к жизни наиболее совершенные виды общения и новые формы сознательной деятельности.
Психология, стремящаяся стать подлинной наукой, должна изучить общественно историческое происхождение высших форм сознательной деятельности и обеспечить научный анализ тех законов, которые лежат в их основе.
Такие исходные положения в корне перестраивают традиции дуалистической психологии и ясно очерчивают предмет научной психологии.
Психология человека должна заняться анализом сложных форм отражения действительности, которые сформировались в общественной истории и осуществляются человеческим мозгом. Она должна заменить прежнее субъективное описание сложных форм сознательной жизни их объективным научным анализом, не подменяя этой задачи изучением физиологических процессов, лежащих в их основе, и не ограничиваясь их внешним описанием. Это и составляет задачу психологической науки, которая должна установить законы человеческого ощущения и восприятия, регуляцию процессов внимания и памяти, протекания логического мышления, формирования сложных потребностей и личности, рассматривая их как продукт общественной истории и не отрывая этого изучения от анализа тех физиологических механизмов, которые лежат в их основе. Это и будет составлять содержание общей психологии в целом и психологии человека в частности.

Отношение психологии к другим наукам

Психология может развиваться, сохраняя лишь тесную связь с другими науками, которые не замещают ее, но обеспечивают важной информацией для того, чтобы она могла успешно раскрывать свой собственный предмет.
Первой наукой, с которой психология должна сохранять теснейшую связь, является биология.
Если психология животных имеет дело с теми формами поведения животных, которые развиваются в процессе их взаимодействия со средой, становится совершенно ясно, что полное понимание законов их поведения не может иметь место без знания основных форм жизни, которые составляют предмет биологии. Нужно достаточно отчетливо представлять те различия, которые имеют место в существовании растений и животных, чтобы выделить то основное, что отличает всякий вид активного поведения, основанного на ориентировке в окружающей среде, от тех форм жизни, которые исчерпываются процессами обмена веществ и могут протекать вне условий активной ориентировки в действительности. Нужно ясно представлять, что именно меняется в условиях жизни с переходом от существования одноклеточных в однородной водной среде к несравненно более сложным формам жизни многоклеточных, особенно в условиях наземного существования, предъявляющего неизмеримо большие требования к активной ориентировке в условиях среды, ориентировке, которая только и может обеспечить успешное получение пищи и избегание опасности. Нужно хорошо усвоить различие в принципах существования между миром насекомых, у которых прочные врождённые программы, обеспечивающие успешное выживание в устойчивых условиях и все же способных сохранить вид даже при меняющихся условиях и высших позвоночных с их немногочисленным потомством, которое может выжить только при развитии новых индивидуально-изменчивых форм поведения, обеспечивающих приспособление к меняющейся среде. Без таких знаний общих биологических принципов приспособления никакое отчетливое понимание особенностей поведения животных не может быть обеспечено, и всякая попытка понять сложные формы психической деятельности человека потеряет свою биологическую основу.
Вот почему совершенно необходим для научной психологии учет основных законов биологии и таких ее новых разделов, как экология (учение об условиях среды и ее влияний) и этология (учение о врожденных формах поведения). Естественно, что факты, составляющие предмет психологической науки, ни в какой мере не могут быть сведены к фактам биологии.
Второй наукой, с которой психология должна сохранять самую тесную связь, является физиология и, в частности, тот ее раздел, который посвящен высшей нервной деятельности.
Физиология занимается механизмами, осуществляющими те или иные функции организма, а физиология высшей нервной деятельности — механизмами работы нервной системы, осуществляющими «уравновешение» организма со средой.
Легко видеть, что знание той роли, которую в этом последнем процессе играют различные этажи нервной системы, тех законов, по которым протекает регуляция обменных процессов в организме, законы работы нервной ткани, осуществляющей процессы возбуждения и торможения и тех сложных нервных образований, которые осуществляют процессы анализа и синтеза, замыкания нервных связей, обеспечивают -процессы иррадиации и концентрации возбуждения так же, как и знание основных форм работы нервных клеток, находящихся в нормальном или тормозном (фазовом) состоянии- все это совершенно необходимо для того, чтобы психолог, изучающий основные виды психической деятельности человека, не ограничивался их простым описанием, а представлял, на какие механизмы опираются эти сложнейшие формы деятельности, какими аппаратами они осуществляются, в каких системах они протекают. Игнорировать законы физиологии значило бы лишить психологию одного из важнейших источников научного знания. Решающее значение для психологии имеет ее связь с общественными науками.
Основные формы психической деятельности человека возникают в условиях общественной истории, протекают в условиях сложившейся в истории предметной деятельности. опираются на те средства, которые сформировались в условиях труда, употребления орудий и языка. Человек, который был бы лишен общения с окружающими, развивался бы вне условий предметного мира, сложившегося в истории общества, не пользовался бы орудиями и языком, человек, который не усваивал бы опыта всего человечества, передаваемого с помощью языка, этого хранителя информации, не имел бы и небольшой доли тех возможностей, которыми располагает его фактическое поведение. Естественно, что формы деятельности человека осуществляются его мозгом и опираются на законы его высших нервных процессов, но никакая нервная система сама по себе не могла бы обеспечить формирования употребления орудий и языка и объяснить возникновение сложнейших, возникших в общественной истории, форм человеческой деятельности.
Подлинное отношение психологии к физиологии заключается в том, что психология изучает те формы и способы деятельности, которые возникли в процессе общественной истории и которые определяют его поведение, а физиология высшей нервной деятельности — те естественные механизмы, которые осуществляют или реализуют это поведение.
Попытаться свести психологию человека к физиологии высшей нервной деятельности, как это одно время предлагалось механистически мыслящими учеными, было бы аналогично той ошибке, которую допустил бы архитектор, если бы он попытался свести происхождение и анализ стилей готики и барокко или ампира к законам сопротивления материалов, которые, конечно, должны учитываться архитектором, но которые ни в коей мере не могут объяснить происхождение архитектурных стилей.
Успех дальнейшего развития психологии во многом зависит от правильного понимания соотношения этих обеих наук, и как всякое игнорирование физиологии, так и попытки свести психологию к физиологии неизбежно задержат развитие психологической науки.
Только что сказанное делает ясным, какое огромное значение для психологии имеет ее связь с общественными науками. Если решающую роль в формировании поведения животного играют биологические условия существования, то такую же роль в формировании поведения человека играют условия общественной истории, создающей такие новые формы сложного, опосредствованного условиями труда, отношения к действительности, которые являются источниками новых, специфически-человеческих форм психической деятельности.
Мы еще сможем увидеть ниже, что первое применение орудия, первая форма общественного труда внесли коренную перестройку в основные биологические законы построения поведения и что возникновение, а затем и использование языка, позволяющего хранить и передавать опыт поколений, привело к появлению новой, не существующей у животных формы развития — развития путем усвоения общественного опыта. Современная психологическая наука, изучающая прежде всего специфически-человеческие формы психической деятельности, не может сделать ни одного шага без учета тех данных, которые она получает от общественных наук «- исторического материализма, обещающего основные законы развития общества, языкознания, изучающего основные формы сложившегося в общественной истории языка.
Только тщательный учет общественных условий, формирующих психическую деятельность человека, позволяет психологии получить свою прочную научную основу. Мы встретимся с применением этого принципа на протяжении всех последующих страниц, при рассмотрении всех конкретных фактов психологической науки. Таково отношение научной психологии к тем смежным дисциплинам, в тесном контакте с которыми она развивается.

Опубликовано 20.11.2010.

Ответить

Фотогалерея

Войти